«Совершенно секретно»: очереди в 600 человек и 4 кг муки — как выживала Кинешма сто лет назад

В условиях современных экономических трудностей, когда наблюдается рост стоимости жилищно-коммунальных услуг и продуктов питания, полезно обратиться к историческим периодам, когда жители Кинешмы сталкивались с ещё более серьёзными испытаниями. Для понимания обстановки столетней давности, не с целью сравнения, целесообразно изучить рассекреченные отчёты Объединённого государственного политического управления (ОГПУ), которые до недавнего времени имели гриф "Совершенно секретно". Об этом сообщает "168 часов".

Так, в июле 1927 года, согласно обзору ОГПУ о политическом положении в СССР, мука продавалась населению по кооперативным членским книжкам в ограниченном количестве - всего 10 фунтов (около 4,5 кг). В дни поступления муки формировались длинные очереди, особенно в городах Шуя, Кинешма и Иваново-Вознесенск, где число ожидающих достигало 600 человек и более. Пшеничный хлеб и мука отсутствовали в свободной продаже. На фоне этих событий распространялись слухи о скорой войне, обсуждалось возможное столкновение с Англией. Один из сотрудников Васильевской фабрики выразил распространённое мнение:

"Нам всем очень ясно, муки пшеничной уже стали давать по 10 фунтов, скоро не будут давать и ржаной, так всегда бывает перед войной", - заявил один из рабочих Васильевской фабрики.

Спустя три года, в июле 1930 года, специальный отчёт ОГПУ зафиксировал серьёзные перебои с продовольствием. В Кинешемском округе кооперативные магазины не продавали картофель в течение примерно трёх месяцев. В результате на частном рынке цены на картофель поднимались до 3-4 рублей за пуд. Также отмечалось подорожание других основных продуктов: 400 граммов животного масла выросли в цене с 3 до 4 рублей, четверть молока - с 80 копеек до 1 рубля 75 копеек, а десяток яиц - с 1 рубля 25 копеек до 1 рубля 90 копеек.

Для понимания масштаба, заработная плата рабочих и служащих в Кинешме в тот период начиналась от 50 рублей. Таким образом, затраты на один поход за продуктами могли составлять до одной пятой части ежемесячного заработка.

В конце июня того же года, 25 и 26 числа, у всех продуктовых магазинов Ивгума наблюдались многолюдные очереди за сахаром, насчитывающие от 600 до 700 человек. Аналогичные скопления людей отмечались и у обувных магазинов, где к утру у одного из них очередь достигала 1500 человек, при этом обслужить удалось лишь тысячу покупателей.

Ивановский государственный универсальный магазин, известный как Ивгум (Иваново-Вознесенский государственный универсальный магазин), играл значительную роль в обеспечении товарами того времени, что подтверждается упомянутой сводкой.

Октябрь 1930 года принёс ещё одну специальную сводку ОГПУ, посвящённую "фактам отрицательного характера по промпредприятиям и рабочим районам". Согласно этому документу, для удовлетворения потребностей населения Кинешмы по установленным нормам требовалось 1100 тонн муки, 125 тонн крупы, 100 тонн сахара, 18 тонн масла и 21 тонна мыла. Однако на складах Центрального рабочего кооператива имелось только 400 тонн муки, а остальные жизненно важные продукты в кооперативной торговле отсутствовали.

Та же сводка указывала на отсутствие свежего мяса в продаже; население снабжалось исключительно солониной, качество которой часто было низким. Жиры также не были доступны. Кроме того, ощущалась нехватка табачных изделий, за которыми постоянно выстраивались длинные очереди.

В сентябре 1930 года в справке ОГПУ "о спекуляции среди рабочих" описывалось, как в городе Вичуга работницы Шаговской фабрики в периоды простоя закупали селёдку у пайщиков и перевозили её в Пучеж, где реализовывали по цене, в двенадцать раз превышающей фактическую стоимость.

Столь высокая прибыль от перепродажи в Пучеже демонстрирует заметную разницу в ценах. Этот период был отмечен активным выполнением и перевыполнением пятилетних планов.

Сводка ОГПУ отмечает случай на фабрике имени Ногина в Кинешемском округе, где 22 сотрудника ткацкой конторы приостановили работу на 30 минут. Это произошло после того, как они узнали о прекращении мясного снабжения в сентябре. Инцидент, несмотря на его непродолжительность, был немедленно доложен в Центральный аппарат ОГПУ на Лубянке.

В Кинешемском районе был также зарегистрирован случай, когда ткачиха с фабрики имени Д. Бедного (позже переименованной в фабрику №2) во время простоя производства отправилась в Арзамас. Там она купила растительное масло, чтобы затем продать его в Кинешме по 10 рублей за литр.

Работников, пойманных на такой спекуляции, не наказывали.

Из Шуйского округа поступили данные о работнице фабрики №2, которая после увольнения начала приобретать дефицитные товары у пайщиков, получавших их по плановому распределению. Эти товары она обменивала в сельской местности на продукты сельского хозяйства, которые затем реализовывала по завышенным ценам. Её еженедельный заработок составлял до 199 рублей, что равнялось четырём минимальным зарплатам того периода.

В тот период фиксировались случаи, когда даже партийные члены участвовали в спекулятивной деятельности, обменивая дефицитные промышленные товары на продукты питания для последующей перепродажи.

К примеру, один из рабочих фабрики имени Ногина в Вичуге, будучи членом партии, спекулировал швейными машинами.

В апреле 1932 года специальный отчёт ОГПУ о настроениях в сельской местности, связанный с Вичугскими событиями, включал рассказ секретаря Сорокинского сельсовета Савенкова, озвученный им среди крестьян:

"В Вичуге рабочие 3 фабрик забастовали, перебили окна, станки. В нарсуде разбили окна и много судебных дел сожгли. Ворвались в здание ГПУ, нашли там 300 банок консервов и банками убили начальника, взяли 300 штук револьверов, убили 6 работников милиции и ГПУ и 24 человек ранили. Из Иванова прислали 3 вагона красноармейцев и на конях шли прямо на рабочих, многих задавили. В забастовке больше принимали участие женщины, они ходили по улицам и кричали: "Даёшь войны и хлеба"", - рассказывал секретарь Сорокинского сельсовета Савенков.